Русский / English
МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Российский институт истории искусств
Федеральное государственное бюджетное научно-исследовательское учреждение
Официальный сайт
Главная > Новости > Семинар «Еще раз о взаимоотношениях “текста” и “иллюстрации”: “Queer people” П. Кокса в “Задушевном слове”»

Семинар «Еще раз о взаимоотношениях “текста” и “иллюстрации”: “Queer people” П. Кокса в “Задушевном слове”»

В четверг, 20 октября, в ИРЛИ прошел семинар «Еще раз о взаимоотношениях “текста” и “иллюстрации”: “Queer people” П. Кокса в “Задушевном слове”» (из цикла «Актуальные проблемы современного художественного процесса»). Семинар проводился совместно с ИРЛИ РАН (Пушкинский Дом). Докладчик — старший научный сотрудник сектора актуальных проблем современной художественной культуры РИИИ, кандидат искусствоведения И. В. Вдовенко.

«Queer people» Пальмера Кокса — сборник поэтических фрагментов, ставший основой для двух больших повестей («Лесные малютки» А. Хвольсон (1890) и «В зеленом царстве» С. Либровича (1891)) и более чем двадцати рассказов, печатавшихся в «Задушевном слове» с 1889 по1894 год с оригинальными иллюстрациями Кокса (но без указания авторства). В отличие от американской серии, все русские тексты — прозаические, то есть на первый взгляд представляют собой пересказ. Однако в ряде случаев пересказ этот построен не на собственно литературном источнике, а на сопровождающих его рисунках — вплоть до полной перемены сюжета, выстраивания новой истории, к которой графика Кокса оказывается как бы специально выполненной иллюстрацией.

Отличительной чертой оригинальных работ Кокса является их акцентированная бимедиальность. Рисунки, сопровождающие текст, не являются «иллюстрациями» в традиционном смысле (то есть не занимают подчиненного положения). Рисунки и литературный текст работают как два независимых медиа: текст — для чтения, рисунки — для разглядывания. Происходящее на рисунках не является иллюстрацией к литературному тексту (равно как и текст никогда не описывает рисунка). Текст описывает общее, рисунки изображают конкретное. Текст задает ситуацию, рисунки представляют поведение тех или иных персонажей (нередко даже не упоминаемых в тексте). При этом читатель сам волен достраивать сюжет, всякий раз по-своему объясняя для себя происходящее на рисунках. В отличие от американской, русская серия строится именно на описаниях, тем самым снимая билинеарность чтения и приводя одно из медиа в подчиненное состояние. Описанный в тексте рисунок превращается в иллюстрацию. Необходимость в собственных объяснениях пропадает. Контроль над изображением оборачивается контролем над фантазией.